На уставные нужды учреждения




Спорт и не только

Алеша И.
Открытое личное первенство НОУ «Ковалевский детский дом» по дзюдо, посвященное Дню Победы.

Алеша К.
Участие в Чемпионате и первенстве по практической стрельбе (из пистолета со сменой стрелковых стоек) в честь Героя Советского Союза Кургузова Ю.П., г. Нерехта

Алеша Ч.
Традиционные соревнования по скалолазанию на базе Ковалевского детского дома.

Весь список

Ковалевская детская деревня приглашает приемных родителей

Единый детский телефон доверия 8-800-2000-122 круглосуточно, бесплатно, анонимно

Ковалевский детский дом ищет приёмных родителей!

Проблема российского сиротства
06.06.2013

Проблема российского сиротства

И материалы СМИ, и наши личные встречи и беседы в разных концах страны говорят о неблагополучии в деле содержания, образования и воспитания многочисленных российских сирот. Тем не менее, долгое время мы не считали себя вправе высказываться на эту тему, считая себя недостаточно компетентными.

Однако запланированный случай - знакомство с работой протоирея Андрея Воронова, возглавляющего православный детский дом в Ковалеве под Нерехтой (официальное название - «Негосударственное образовательное учреждение Ковалевский детский дом»), подвигло меня рискнуть взяться за эту тему. И принципы отца Андрея, и их практическое исполнение представляются полным и убедительным ответом на большинство вопросов, связанных с сиротской проблемой.

Среди людей знакомых с церковной работой православных с сиротами распространено мнение о том, что детский дом основанный отцом Андреем – лучший православный детский дом в России. После убийственной и справедливой критики работы с детьми в Боголюбском монастыре Владимирской области, к которой и «Русское ревью» приложило свою руку (Сергей Филатов. Владимиро - Суздальское монастырское царство.- «Русское ревью», № 42), а также критических материалов о некоторых других церковных инициативах, возникает желание рассказать, как работа с беспризорными детьми может быть сделана хорошо.

Успех дела отца Андрея невозможно представить как результат удачи чисто технологического, менеджерского решения. Его личность, его жизненный путь – важная составляющая успеха. Андрей Воронин – коренной москвич. Во время учебы на географическом факультете МГУ Андрей Воронин увлекался мистическими восточными учениями. Случайно прочел Евангелие, и это изменило его жизнь. Тайно крестился в храме Всех Святых на Соколе и примкнул к кружку последователей священника Дмитрия Дудко. После окончания университета со специальностью гляциолога по распределению работал в Магадане. Затем три года проработал на Кавказе. Там познакомился и общался с пустынниками, проживавшими в тайных скитах нелегально. Постепенно в нем крепло желание стать священником. В 1988 году он отказался от успешной карьеры гляциолога и поступил в Троице-Сергиеву семинарию. Однако ему хотелось как можно скорее служить литургию. Он был рукоположен, перешел в заочники и уехал священником в глухие леса на севере Костромской области, в село Горелец. Там он организовал общину, состоявшую в основном из выпускников естественнонаучных факультетов МГУ. После того, как в маленькой и сплоченной общине было рукоположено еще два священника, костромской архиепископ Александр категорически заявил, что он не может позволить трем высокообразованным священникам продолжать служить для общинки человек в двадцать при крайнем дефиците духовенства в епархии.

Отец Андрей был направлен служить в город Нерехту, и вскоре был назначен нерехтским благочинным. Нерехта до 1992 г. была относительно развитым промышленным центром, в ней работало несколько заводов. В 1992 г., когда отец Андрей приехал в этот город, все заводы обанкротились. Город представлял собой удручающую картину тотальной социальной деградации. Безысходность, отсутствие всяких перспектив, всеобщее пьянство и нищета, распад семей. Больше всего сердце нового священника тронула картина стай брошенных детей, бесцельно слоняющихся по городу. Отец Андрей воспринял проблему брошенных детей как самую важную и решил создать детский дом. В первые годы работы над проектом отец Андрей не имел поддержки со стороны епархиального начальства, архиепископ Александр сильно опасался, что детский дом будет требовать значительных средств из епархиального бюджета и будет для него разорительным. Только когда архиерей убедился, что отец Андрей не будет просить денег, он стал морально поддерживать ковалевское начинание.

Отец Андрей пришел к выводу, что, не имея подходящего здания и гарантированного материального обеспечения, нельзя брать на себя ответственность за детей. Он нашел спонсоров среди своих друзей по учебе в МГУ, ставших успешными бизнесменами, и западных фондов (в первую очередь Конгресса русских американцев). Со временем детский дом стал получать частичное финансирование от департамента образования (которое никогда не превышало 35% бюджета). В 1996 г. здание было готово, первые воспитанники его заселили. С самого начала детский дом в Ковалево отвечал самым высоким стандартам. Жилищные условия, оборудование, нормы питания соответствуют европейским образцам. Детей возят в школу в Нерехту, но в самом Ковалево с ними занимаются педагоги, психиатр, дефектолог, репетиторы по основным предметам. Вместе со специалистами отец Андрей разрабатывает для каждого ребенка программу преодоления умственного и эмоционального отставания, психологической коррекции. Отец Андрей организует детские летние лагеря, байдарочные и парусных походы, а также поездки детей в горы, в том числе и на Эльбрус с восхождением на многотысячную высоту. Такие критические условия, утверждает о. Андрей, помогают подросткам освободиться от многих психологических комплексов и недостатков своего развития, почувствовать себя полноценными личностями и развить чувства солидарности и взаимопомощи.

Отец Андрей уверен, что в детских домах следует моделировать семью. В настоящее время в детском доме дети живут в комнатах по три человека со специальным педагогом, круглосуточно заменяющим им родителей.

В зависимости от финансовых возможностей число воспитанников постоянно колеблется от 25 до 60. Жилищные условия позволяют содержать до 80 детей, но на это никогда не хватало средств. В Ковалевский детский дом принимают детей с 4 лет, только мальчиков. Под давлением некоторых феминистски настроенных американских спонсоров несколько лет назад отец Андрей принял нескольких девчонок, о чем сильно жалел. Сиротская сексуальная распущенность, приобретенная детьми еще до попадания в детский дом, создавала массу дополнительных проблем. Ценой огромных усилий отец Андрей сумел устроить всех этих нескольких девчонок в приемные семьи и с тех пор ни за что не соглашается на прием воспитанников женского пола.

К привлечению в церковную жизнь детей отец Андрей подходит очень деликатно. Принуждением у детей легко вызвать лицемерную, напускную религиозность, которая только способствует лживости. В соответствии с представлениями отца Андрея, привлечение в Церковь воспитанников носит мягкий, необязательный характер. Однако «дети коллективисты: вновь прибывшие видят, что старшие молятся и участвуют в богослужении; рано или поздно они начинают подражать старшим. Роль воспитателей в этом деле должна быть минимальной».

Подход к решению сиротских проблем отца Андрея в значительной степени избегает недостатков, свойственных большинству как государственных, так и церковных детских домов. Отец Андрей критичен по отношению к «мелочному, бессмысленному, а иногда и вредному регламентированию жизни детских домов со стороны государства». Государство много запрещает, много указывает, но полное исполнение этих запретов и предписаний совсем не формирует ответственной, развитой, активной и моральной личности. Требования формальны, но соблюдение этой формы не приводит к появлению содержания. Особенное недоумение вызывает у отца Андрея запрет привлекать воспитанников к труду, отчего «они вырастают лентяями с психологией потребителей».

При ковалевском детдоме существуют ферма крупного рогатого скота, свиноферма, птичник, большой огород. К развитию этого подворья привлечены профессионалы-специалисты.

Отец Андрей отмечает и типичные недостатки, православных приютов и детских домов. Церковные активисты часто берутся за работу с беспризорниками не будучи готовы к этому ни материально, ни профессионально. Не обладая достаточными средствами, православные иногда обрекают детей на жизнь в неприемлемых условиях, даже в тех случаях, когда они любят детей и профессионально подготовлены. Материальную необеспеченность нельзя преодолеть энтузиазмом.

Православные организаторы детских приютов иногда пытаются превратить свои учреждения в закрытые гетто, в которых задача воспитания глубоко православных людей подминает все остальные образовательные и воспитательные задачи. Из этого ничего хорошего не получается. Дети вырастают ущербными, да и добрых христиан из них не получается. С раннего детства детей призывают отрекаться от мира, а они даже не знают, что это такое – «мир». А когда они этот «мир» рано или поздно увидят, все увещевания пойдут прахом. Весьма дискуссионный вопрос – монастырские детские дома и приюты. Приют по канону не может находиться на территории монастыря. В большинстве своем наше современное монашество имеет смутные представления о том, как следует воспитывать детей. Монастырь успешно может содержать детский дом, духовно опекать его. Но основная ответственность и основная работа должна осуществляться светскими специалистами. В 90-е и нулевые годы в церковных учреждениях «дети в 2/3 случаях не были защищены по всем позициям».

По мнению отца Андрея, наибольших успехов в работе с детьми РПЦ достигла в организации летних детских лагерей, многие из которых могут служить образцом для светских организаторов детского отдыха на природе.

Отец Андрей – не только директор детского дома, но и благочинный Нерехты. И в этой своей работе он также, естественно, много внимания уделяет «детскому вопросу». Организованные им ежегодные Свято-Пахомиевских чтения в Нерехте, привлекают внимание местной общественности и администрации района к проблемам воспитания детей и православного просвещения. При его участии в Нерехте осуществляется несколько просветительских и социальных проектов, самый интересный из которых – центр «Отрада». Этот центр представляет из себя церковное общежитие–коммуну для выпускников детских домов, обучающихся в двух ПТУ Нерехты. Таким образом Церковь не оставляет выпускников детских домов на произвол судьбы и помогает им вступить во взрослую жизнь.

У многих православных детских домов и приютов есть серьезные недостатки, но есть и очень успешные примеры работы с беспризорниками. Если РПЦ будет последовательно распространять положительный опыт и решительно искоренять такие порочные явления, как «приют» в Боголюбском монастыре Владимирской области, то она теоритически сможет создать достойную альтернативу государственной системе.

Сергей Филатов.
протоиерей Андрей Воронин, Ковалёвский Детский Дом.